На главную
Реклама
Главная » Статьи » Никто не забыт » Человек-глыба

Человек-глыба

Человек-глыба

Когда человек рассказывает о своем городе, он упоминает о позитивных событиях, давших толчок его развитию. А события, конечно, нельзя не связать с людьми, благодаря которым это произошло, ведь не место красит человека, а наоборот. У нашего молодого города еще многое впереди, но уже сейчас мы можем гордиться людьми, которые жили здесь, трудились и прославили Артем на всю страну. Сегодня речь пойдет об Александре Плетневе, писателе, известном не только в нашей стране, но и в мире. Публикацию мы подготовили на основании воспоминаний людей, которые знали его лично. Александр Никитич ушел из жизни 7 мая этого года, а 28 августа ему исполнилось бы 79 лет…

Олег Губанов, член Союза Российских писателей:
— Александра Плетнева я узнал в 1966 году, когда сам стал членом литературной группы при городской газете «Шахтер». Это был внешне привлекательный, ладно сложенный, немногословный человек. Сосредоточенный. Как потом выяснилось, он всю жизнь был сосредоточен на главной мечте — рассказать о настоящей жизни настоящих людей, о какой в 70-е годы в нашей стране только начали говорить. Не о парадных свершениях, не о рекордах и подвигах. Не так, как требовали жесткие установки пресловутого социалистического реализма: показать жизнь советского народа не такой, какова она есть, а какой должна быть. Такую жизнь стали отображать в своих произведениях Виктор Астафьев, Валентин Распутин — их произведения к печати долго «разрешались» властью, нешуточно будоражили общество.

Основательные, пространные произведения Александра Плетнева и в Дальневосточном издательстве воспринимались также с досадой, выход их был сопряжен с волокитой, и только последовавший из Москвы строгий секретарский разнос поставил имя Плетнева на подобающее место.

В сорок лет его приняли в Союз писателей, роман «Шахта» был переведен на многие языки социалистических стран, награжден премией конкурса имени Николая Островского. Плетнев не заставлял своих героев следовать литературному языку, сюжеты его произведений развивались неспешно и правдиво, как текла сама жизнь, порой непроходимо трудная, бедная до удручения и, казалось, беспросветная. Такие произведения не читаются взахлеб, требуют глубокого осмысления и сопереживания, терпения. Александр Плетнев и сам писал всегда мучительно трудно.

Он не был в жизни рубахой-парнем, трудно и осторожно знакомился с новыми людьми, у него не было много друзей-товарищей — два-три всего. Мне он часто читал главы своих повестей (на стихи отводил только тогда свое время, когда возникали затруднения с прозой). Так я понимал тогда, ведь он был старше на шесть лет.

«Неужели жизнь моя останется нужной только мне самому и только затем, чтоб однажды обмереть от восторга перед красотой утренней зари где-нибудь на берегу реки? Неужели всей жизни стоит этот восторг?»

Мы сами часто задаемся подобными вопросами в течение всей жизни и только делами своими отвечаем: стоило жить, стоило радоваться и огорчаться, ошибаться и снова выходить на выбранную дорогу. Упорство и несуетливый труд не только Александру Никитичу Плетневу придали смысл и привели к высоким победам. Его пример всегда и меня учил не уклоняться от цели, работать и работать, не требуя мгновенных наград.

Вот отрывок из очерка Виктора Власова. Полностью он будет опубликован в альманахе «Артемида»: «…Встречает нас русский писатель, широко открыв дверь. Он стоит на пороге в зелено-коричневой шерстяной рубашке с закатанными по локоть рукавами. Улыбается, как ребенок, с большой и внезапной радостью от встречи. Прищурены карие глаза. На щеках видны длинные морщины. Лицо у Плетнева крупное, гладковыбритое. Прямой лоб, чуть прикрытый белоснежными волосами, тонкими, как шелковая нить. Он подает широкую теплую руку, к удивлению крепко жмет мою. Глядишь на ладонь — она еще грубая и мозолистая, сохранившая жесткость шахтера, похожа на потрескавшееся копыто, на ту, что прикладывал к своему уху один из героев его повести «Дивное дело». Хозяин с горечью замечает, что гости приходят нечасто. Александр Никитич и супруга, Надежда Константиновна, суетятся на кухне. На столе появляется сладкое угощение: чай, персиковое варенье и печенье.

Медленно шагая, Александр Никитич показывает собственные «хоромы» — скромные и по обстановке, и по площади.
— Вот мой теперешний кабинет писателя! — говорит Александр Никитич вымучено-шутливым тоном и приглашает в святая святых — маленькую комнату.

Она больше походит на медкабинет. На столе находятся: «заморский», как называет Плетнёв, прибор для измерения давления и пульса, белый с иностранными надписями; прозрачный пакет с лекарствами, инсулиновые шприцы. Возраст не даёт о себе забывать. Всё же это кабинет писателя — полководца российской литературы. Это сравнение вполне уместно, если обратить внимание на шкаф, в котором на полках, словно солдаты, выстроились в длинный ряд книги Александра Никитича, переведённые на немецкий, английский и французский языки. Даже на китайском и японском языках читаются художественные произведения Плетнёва. На них дядя Саша лишь мельком взглядывает и предлагает взять почитать. Я снимаю с полки роман «Шахта», переведённый на английский язык. Впору почитать, ведь работаю я в школе учителем английского языка. Быть может, расскажу детям об омском писателе-«иностранце». Может, чаще станут брать книги Плетнёва, Березовского и Трутнева из школьной библиотеки.

Александр Плетнёв — единственный из омских авторов, кого заносят в литературную энциклопедию писателей Сибири, изданную в Новосибирске…».

Александра Позднякова:
— Работать в вечернюю школу рабочей молодежи № 1 я приехала в 1956 году после окончания Воронежского Государственного университета. Преподавала географию и английский язык, в 1958 году была назначена завучем.

Александр Плетнев пришел в школу в 1960 году и в 1964 ее окончил. Был принят в седьмой класс с документом об окончании четырех. Война, голодное детство в сибирской деревне, работа с ранних лет. Был призван в армию — служил на флоте. Оттуда и приехал в Артем трудиться на шахте.

Писал стихи, рассказы, занимался в литературном объединении при городской газете «Шахтер», главным редактором которой был Иван Федорович Гурко.

Как классный руководитель, я бывала на предприятиях, где работали мои ученики, в семьях. Александр уже был женат, имел детей. Учился по-настоящему, потому что знал, зачем пришел в школу, строил планы на будущее, которые невозможно было осуществить без образования. Учился хорошо, ровно. Его очень уважали в школе, понимали, что это талантливый человек, гордились им. Мы, молодые учительницы, не только учили своих взрослых учеников, но и набирались у них ума-разума, житейского опыта. Работать тогда в вечерней школе было очень интересно.

Плетнев посоветовал мне прийти на занятие в литобъединение, когда узнал, что я тоже пишу стихи. Я стала сотрудничать с газетой, выполнять ее задания. В 1965 году меня взяли в штат редакции на постоянную работу в качестве ответственного секретаря. Все годы до 1970 мы общались с Александром, потому что он по-прежнему приносил в газету очерки и рассказы, и все они проходили через мои руки. Я окончательно решила посвятить себя журналистике и литературе. Часто думаю: как бы сложилась моя жизнь, не вмешайся в нее Плетнев и Гурко? Они помогли мне найти свое место в жизни, обрести любимое дело.

За жизнью и творчеством Александра Плетнева следила постоянно. Всегда ставила его в пример своим ученикам и товарищам по творчеству как человека талантливого и целеустремленного, постоянно совершенствующегося путем самообразования, кропотливой работы над Словом. Писатель из него вышел основательный, глубокий, мыслящий, небезразличный к судьбам людей и страны. Жизнь его никогда не была медом. Он стойко переносил тяготы и удары судьбы. Это человек-глыба. В полном смысле этого слова.

В мае 1984 года возвращалась из Москвы в одном самолете со съемочной группой «Мосфильма». Снимался фильм «Тихие воды глубоки» по роману А. Плетнева «Шахта». Часть съемок проходила в Партизанске, где я работала тогда редактором газеты. Ехала от аэропорта до Партизанска с ними вместе в заказном автобусе. По прибытии, естественно, познакомилась с главным режиссером и съемочной группой. Актерский «букет» был собран превосходный. Режиссер Олег Данилов признавался, что к роману «Шахта» относился вначале очень настороженно, боялся, что производственная технология в нем затмит людей, отодвинет их на второй план. Но был приятно поражен: главное в романе — люди, их взгляды, взаимоотношения, жизненная позиция. Роман психологичен, с большим философским смыслом. Фильм вышел, по-моему, в 1986 году, получился красивый, раздумчивый, основательный. Но, к сожалению, в прокате продержался недолго. Думаю, что земляки Александра Никитича с удовольствием посмотрели бы его сейчас…

Встретились мы с Александром Плетневым аж в 2003 году, в музее истории города Артема, где земляки чествовали его по случаю 70-летия. Это случилось через 33 года. Но все эти годы он зримо или незримо присутствовал в моей жизни как талантливый писатель, как ученик, который стал для меня Учителем. Такие люди не забываются.

Справка «В»
А. Н. Плетнев — шахтер, писатель, член Союза писателей СССР. Родился в 1933 году тринадцатым в семье в пос. Трудовом Новосибирской области. В 1945-ом окончил начальную школу. До призыва в армию работал в совхозе. С 1952 по 1955 г. проходил службу на флоте в Приморском крае. Остался в Приморье и более 20-ти лет работал на шахте «Дальневосточная» в г. Артеме. Окончил вечернюю десятилетку, а в 1975-ом — Высшие литературные курсы при литературном институте им. А. М. Горького. Последние годы жил в Сибири.

Автор: Валентина Серебрякова
Дата публикации материала: 31.08.2012

 

Оставить комментарий

Вы должны авторизироваться чтобы оставлять комментарии.

Категории статей

Архив номеров (.pdf)


Прогноз погоды

Полезные ссылки