Другого выбора у страны не было

Мы начинаем рубрику, посвящённую 80-летию Победы в Великой Отечественной войне, которое будет отмечаться в нынешнем году. Этому событию и в целом ходу войны, её участникам и труженикам тыла в нашей газете ежегодно уделяется значительное место. Время неумолимо,  большинство артёмовцев — участников боевых действий ушли в мир иной, и нам остаётся использовать их воспоминания и государственную хронику тех лет.

Светлый день Победы 9 мая 1945 года на века останется в памяти народов, ценой миллионов жизней отстоявших свободу. Эта память важна и потому, что не все нынешние западные идеологи вынесли уроки из тех событий, информационная пропаганда враждебно настроенных европейских государств и США пытаются внести неразбериху в сознание молодых людей, переиначивая или вытесняя из истории то, что было на самом деле.

Наше дело правое

О возможной войне Германии с СССР говорили задолго до её начала. Она не стала неожиданностью, хотя надежда о её невозможности была до последнего дня — 22 июня 1941 года.

У молодёжи ещё было два месяца каникул. Семьи отдыхали на дачах, уехали в деревни, привычно проводили летние деньки в городе. Ранним утром рокового дня советские люди ещё спали, не зная, что четыре следующих года обернутся для всех чудовищным кошмаром.

Принято считать, что война началась 22 июня ровно в 4 утра. На самом деле Георгий Жуков, который на тот момент был начальником Генерального штаба Рабоче-крестьянской Красной армии, уже в 3 часа получил сводку о боевых столкновениях с немцами на границе. А в 4 часа советский посол Владимир Деканозов, находившийся в Берлине, получил от министра иностранных дел Германии Иоахима фон Риббентропа пакет официальных документов о начале войны.

После получения известий о нападении Германии Политбюро ЦК ВКП(б) срочно собралось для принятия неотложных мер и выработки стратегии по отражению нападения. Выступить с обращением к населению было поручено народному комиссару иностранных дел Вячеславу Молотову. Оно состоялось 22 июня 1941 года в 12 часов 15 минут.

Выступление начиналось словами: «Граждане и гражданки Советского Союза! Советское правительство и его глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление. Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города …». Завершалось выступление Молотова словами: «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами»! В последующие дни это обращение было опубликовано во всех газетах с портретом Сталина. Сам Иосиф Виссарионович обратился к советскому народу по радио 3-го июля.

На восточных границах

22 июня в 9 часов утра командующий ТОФ вице-адмирал Иван Юмашев получил телеграмму от наркома ВМФ адмирала Николая Кузнецова, в которой содержался приказ готовиться к отражению нападения Японии. Такая же телеграмма поступила в приморский крайисполком. Жители Владивостока и Приморья узнали о начале войны только вечером. В то время весь Дальний Восток был радиофицирован, и потому страшная весть долетела до населения быстро.

В первые дни войны никто не осознавал ее истинных масштабов. Тем не менее, постоянная пропаганда о близости агрессивной Японии, готовой вот-вот напасть на Владивосток, создавала нервозную обстановку и с объявлением начала войны с Германией вызвала в городе панику. Горожане стали снимать деньги в сберкассах, скупать продукты и вещи. Чтобы остановить массовое снятие денег, власти постановили выдавать в одни руки не более 200 рублей. Далее принимались меры по искоренению слухов и паники, стабилизации снабжения продовольствием и товарно-денежных отношений. В сложных случаях применялись силы НКВД.

К началу войны численность владивостокцев составляла сто девяносто восемь с половиной тысяч человек. С первых дней войны в городе делалось все, чтобы отстоять его и Дальний Восток в случае нападения Японии. Все жители знали, что окрестности города минируются. 26 июня нарком ВМФ Николай Кузнецов подписал приказ об установке минных заграждений на подходах к Владивостоку. С 12 по 17 июля военные установили 30 линий минных заграждений, всего было выставлено более шести тысяч мин.

К серьезной обороне готовили и сам город. Было снесено множество малозначительных построек, более трех тысяч зданий были выкрашены в маскировочные цвета. При каждом предприятии были организованы бомбоубежища, проводились тренировки на случай воздушной атаки.

Создавались спецгруппы НКВД, которые в случае оставления города должны были взорвать все жизненно важные объекты. Основательная военная подготовка охватила всех, включая женщин и детей.

С первых дней войны мирная промышленность Приморья перестраивалась на военную продукцию. Некоторые предприятия, не останавливая выпуск привычных товаров, стали работать для фронта. Например, предприятия «Главвостокрыбпрома» начали выпускать спиртовые котелки для обогрева рук, амортизационные кольца к компрессорам для орудий, пулеметные коробки для хранения лент с патронами, армейские котелки, гранаты, прицельные приспособления, пистолеты-пулеметы ППШ. Кипарисовский стекольный завод производил бутылки для «коктейля Молотова», Уссурийский масложиркомбинат — углекислоту, пищевые концентраты. Завод «Красный бондарь» изготавливал лыжи, завод «Кунгас» — волокуши для доставки боеприпасов и транспортировки раненых. Бесперебойно работали железные дороги, миллионы тонн грузов, в том числе военных, перевёз торговый флот.

Во Владивостоке на добровольные взносы жителей и предприятий в Фонд обороны за годы войны было собрано 4,2 миллиона рублей на строительство танковой колонны «Приморский комсомолец» и сформировано 20 экипажей из приморских мужчин. На средства населения Приморья также были построены танковые колонны «Рыбник Приморья» и «Юный пионер».

Артём и война

Артёмовцы узнали о начале войны вечером первого дня. Многие были участниками боевых сражений во время установления советской власти в Приморье и на Халхин-Голе и знали, с чем придётся столкнуться на фронте.

В начале войны в городе проживало 35 тысяч человек. Большинство трудилось в шахтах, в строительстве и сельском хозяйстве.

23 июня вышел экстренный выпуск газеты «Шахтёр» с обращением Молотова. Тысячи людей, строивших планы на лето 1941 года, этим сообщением были ввергнуты в смятение.

В следующем номере от 24 июня артёмовцы читали указы о введении военного положения и мобилизации. 7-го июля в крае был создан Фонд обороны, куда жители могли вносить средства для поддержки Красной Армии. Призыв нашёл поддержку у артёмовцев. В следующем номере газеты напечатано: «Евгений Людвигович Васковский обязался отдать работе все свои знания и силы, а если потребуется, и жизнь на благо и честь Родины». Он перечислил в Фонд 5000 рублей личных средств, его жена Тамара Филипповна – 3600 рублей. Начальник шахты «Приморская» Сергей Владимирович Сучанский за четыре года войны перечислил 35870 рублей. О готовности встать на защиту Родины заявили комсомольцы города. Шахтёр Есенов писал в газету: «Я жду боевого приказа, а пока я честно тружусь, норму выполняю на 147 процентов».

В первые дни после нападения фашистской Германии на СССР в военкомат Артема стали поступать добровольные заявления от шахтеров с просьбой послать их на фронт. Только за 24 июня было подано 116 таких заявлений. В первый год войны по призыву и добровольно на фронт ушёл 2451 артёмовец, всего в войне участвовали почти 11 тысяч жителей нашего города.

Горожане, оставшиеся в тылу, делали всё возможное для обеспечения действующей армии. Шахтёры перешли на восьмичасовые смены и работу без выходных. Женщины спустились в забои взамен ушедших на фронт мужчин. Было принято решение о создании на предприятиях подсобных хозяйств для разведения скота и птицы для нужд фронта и помощи семьям, оставшимся без кормильца. Организованы фабрично-заводское обучение для формирования из молодёжи рабочего резерва и курсы молодого бойца, на которых обучали военному делу. Партийными организациями был организован сбор тёплой одежды и продуктов. Люди передавали в Фонд обороны наличные деньги, вклады в сберегательных займах и в виде облигаций государственного займа. За годы войны артёмовцы и жители ближайших сёл собрали в Фонд обороны 1 миллион 762 тысячи рублей деньгами и 250 тысяч рублей облигациями государственных займов на строительство танков «Горняк Артёма» и торпедных катеров ТК-132 «Артёмовец» и ТК-133 «Трудящийся Артёма». Собранные артёмовцами в общую копилку края средства пошли на строительство бронепоезда «Приморский комсомолец», эскадрильи бомбардировщиков «Советское Приморье», танковых колонн «Приморский комсомолец», «Рыбник Приморья» и «Юный пионер».

Я помню

Но всё это было потом. А после первого известия о начале войны люди верили в быструю победу, в свою Красную Армию и советское правительство.

Из воспоминаний жительницы Анны Страховой: «Мне было десять лет, когда началась война. Тогда наша семья жила в городе Хабаровске. Сообщение о начале войны мы слушали вечером из репродуктора на улице. Там толпилось много людей. Я не понимала, что такое война, и гордилась, что мой папа будет защищать Родину. Ведь он у меня был военный. Его забрали на второй день. Мама тоже подала рапорт – она была медиком. Я должна была на зиму остаться учиться у бабушки с дедушкой. Но маму не взяли, а папу назначили начальником военного училища. Все люди были уверены, что мы быстро победим немцев. Мужчины говорили: «Да немцы от нас драпать будут».

Но до «драпать» было пять месяцев отступлений и кровопролитных боёв, сотни тысяч убитых солдат и замученного гражданского населения. Тем не менее, люди верили в победу. Другого выбора у страны не было.

Подготовил Андрей КИШ, источник — архив газеты «Выбор»; фото culture.ru ria.ru.