За добро надо бороться

Максим Борискин: Каждый человек должен быть на своём месте. Я понял, что моё место на СВО.

В июле 2023 года мы писали об участнике СВО из Артёма Максиме Борискине (позывной «Дига»). Это была встреча после его первой командировки в зону боевых действий в составе созданного отряда приморских добровольцев «Тигр». И вот новая встреча.

Коротко о прошлом.

Коротко повторим для наших читателей его путь на СВО. Он пошёл туда добровольцем от казаков. После месячной подготовки на полигоне в Бамбурово была дорога на запад. Потом ещё три дня в части под Ростовом. Отряд «Тигр», в который попал Максим, вошёл в состав 155-й гвардейской бригады морской пехоты ТОФ. 16 ноября он уже был за «ленточкой» и назначен в расчёт автоматического станкового гранатомёта с дислокацией подразделения в районе дач города Угледара с земляками «Буром» и «Солдатом». Как он сказал, первые шесть дней привыкал к ситуации, учился, смотрел, спрашивал, если что-то было непонятно.

Обстрелы с противоположной стороны были жуткие. Благодаря взаимодействию с 14-й бригадой разведки, у которой были разведывательные дроны, ими отслеживались, а артиллеристами уничтожались вражеские цели. Порой для этого приходилось вызывать огонь на себя. Через два месяца Максим получил тяжёлое ранение в спину и ногу, контузию, после которой начал заикаться. Прошёл четыре госпиталя, вылечился насколько возможно, получил вторую группу инвалидности и снова захотел на СВО. Минобороны контракт с ним возобновлять не захотело ввиду последствий от полученных им ранений.

Второй заход.

В феврале этого года Максим вернулся вАртём после второй командировки в зону СВО. На этот раз не по ранению, а в отпуск, подлечиться ещё от угледарского ранения. Мы встретились и поговорили о его военных перипетиях, когда солдат хочет в бой, а ему запрещают, но он всё же оказывается в зоне боевых действий.

— После выписки из госпиталя я почти год ходил в военкомат и по больницам, чтобы меня отправили в зону СВО, — рассказывает Максим. — Достал всех врачей, но бесполезно. Чтобы не терять время, я и мои единомышленники решили купить старые авто и подготовить их для фронта. Привели их в порядок, и я повёз в Курск поездом. Это были квадроциклы с прицепами, инкассаторские машины и другая техника. Привёз, попросился воевать, но меня не взяли. Пришлось вернуться.

Ещё до начала спецоперации, занимаясь общественной деятельностью, Максим был в хороших отношениях с приморским вице-губернатором Сергеем Ефремовым, который позже стал командиром отряда «Тигр» с позывным «Кубинец». Они встретились на совещании во Владивостоке. Там Максим объяснил Ефремову ситуацию, выказал желание воевать, на что комбат сказал, что завтра заходим в зону. Это было 17-го августа прошлого года. Так начался второй контракт Максима, занявший шесть месяцев жизни.

— Я понимал, что после ранения не смогу, как раньше, выполнять воинские обязанности, но война не даёт расслабляться, — говорит он. — Вначале я был определён в подразделение радиоэлектронной борьбы и специальной установкой глушил сигналы вражескихдронов. Через четыре месяца меня контузило — накрыла украинская ракетная система залпового огня,  и после этого ещё два месяца служил на эвакуации раненых и убитых наших бойцов.

Слово о «Кубинце».

2-го февраля этого года, находясь в Курской области, Сергей Ефремов с подчинёнными выехал на позиции. На обратном пути их машина наехала на мину. Вместе с Ефремовым погибли его заместитель Александр Иваровский (позывной «Леший») и боец отряда «Тигр» Сергей Дмитриев (позывной «Медведь»).

— Я вывозил «Кубинца», — рассказывает Максим. — Я уже тогда был в команде эвакуации. Его смерть стала шоком для всех солдат. Нам казалось, что с ним ничего не может случиться, так как он уже не раз попадал в подобные ситуации.

В целом мне повезло с командирами. Первыми были «Кубинец» и «Леший». В их правилах было быть везде и знать всё о ситуации на позициях, обеспечении и настроении солдат. Последний командир с позывным «Татарин» — золотой человек, достойный звания Героя. Как они относились к солдатам, заслуживает отдельного слова и большой благодарности. С такими людьми воевать не страшно.

Страх и мохнатый напарник.

Каждый раз, общаясь с людьми, находящимися там, на краю жизни, понимая, что она может закончиться в любой момент от пули, осколка, обрушившегося здания, не дай Бог в плену у нацистов, я задаю собеседнику вопрос о чувстве страхе. Можно ли быть бесстрашным, с полным отторжением чувства опасности?

— Во время боя всегда было очень страшно, — говорит Максим. — Я старался справляться и надеялся на милость Бога, хотя понимал, что надо надеяться на удачу. Много парней полегло у меня на глазах, мне приходилось вывозить с поля боя раненых и убитых солдат. От них отвернулась удача, или они были слишком смелыми. Не знаю. Смерть не смотрит на лица, она выбирает не глядя. Ведь главная цель наших врагов – как можно больше нас уничтожить.

Для кого-то война, как приключение, заканчивается после первого артобстрела или увиденных трупов своих бойцов.

Что такое страх? Это неизвестность, которая кого-то парализует, кого-то толкает к активным действиям. Чтобы эти действия были рациональными, как сказал Максим, нужно ещё на учебном полигоне больше слушать командиров. На войне учиться будет поздно, хотя подсказка опытного ветерана всегда будет в помощь. Очень важно учиться медицине, чтобы уметь помочь себе и другому раненому в самых тяжёлых ситуациях.

— Так случилось, что 17 дней мне пришлось одному быть на позиции, — рассказывает Максим. — Причину сказать не могу. Кругом бомбят. Не скрою, было страшно. Прибился ко мне котёнок. Испугался взрывов, бросила его мать и ушла с другими малышами. А он остался. Это была помощь Бога. Не оставил он меня одного в тяжёлую годину. Так и коротали время до подхода смены. Выкормил я его, назвал Курском и привёз в Артём.

Во второй командировке, кроме Курска, довелось Максиму побывать в Брянске, Белгороде, Коренево, Любимовке, Новоивановке. Везде есть следы войны, где-то больше, где-то меньше. Везде люди хотят мира и с нетерпением ждут его.

Награда нашла героя.

После второй командировки, в феврале этого года, Максим был награждён орденом Мужества. До него боевых государственных наград он не получал. Причиной награждения стали события 14 января 2023 года под Угледаром, когда он был ранен в ногу и спину. Награду ему вручил военный комиссар города Артема Сергей Радчук.

— Это была общая заслуга, — говорит Максим. — Наградная была заполнена на весь расчёт, все были достойны, так как бой тогда был ужасный. Мы находились под постоянным обстрелом, но каждый выполнял свою обязанность. О том, что я серьёзно ранен, мне стало понятно после боя. Потом были госпитали и надежда вернуться на СВО.

Добродетель

— Посылки с Родины вызывают большую радость, — говорит Максим. — Ощущается поддержка земляков. Там порой тяжело с продуктами. Просто их негде взять. Иной раз не было воды и хлеба. Вот и становится тепло, когда понимаешь, что тебя помнят. А особенно, когда в посылке сало с хлебом, то вообще получается праздник жизни.

Во время беседы он сказал: «Добродетель гнездится в руинах», пояснив, что добро проявляется в самых сложных, экстремальных ситуациях. Слава Богу есть много людей, которые, несмотря на свои трудности, словом и делом помогают нашим воинам.

Очень важна поддержка родных и близких людей.

— Пока я был там, меня ждали жена, две дочери и сын, — говорит Максим. — Дети уже взрослые, сами родители. Естественно, как и в любой семье, все переживают за меня. Когда уходил в первую командировку, ни я, ни они не понимали, насколько это опасно, как долго будет продолжаться. Теперь всё ясно и пока мне везло. Сын тоже рвётся на войну, по возрасту подходит, но пока не получается. Я на его стороне. Каждый воин должен встать с оружием перед любым врагом Родины.

Пойдёт ли Максим третий раз в зону СВО? Он пока не знает. Надо подлечиться. Скорей всего, его уже не возьмут. Хотя, кто знает, с его способностями преодоления жизненных препятствий.

— Что будешь делать после СВО? — спросил я у него в конце беседы.

— То, что и раньше, заниматься фермерством. Есть земля, скот, работают люди. На часть прибыли покупаю технику для СВО. Буду продолжать заниматься общественной работой, ведь в Приморье вернётся много участников боёв. Уже хожу по школам и библиотекам, рассказываю о происходящем на войне, чтобы молодёжь знала и не забыла, за что сражались наши солдаты.

Максим – человек православной веры. Во время беседы он не раз ссылался на Бога, благодарил его за помощь. Он ощутил её ещё в те времена, когда запутался по жизни и нашёл свою дорогу к храму. С тех пор крест не снимает. Он верит в силу веры и верит в победу.

— Мы побеждаем, — сказал он. — Мы не можем не победить. Это наша земля, на ней живут наши русские люди. Конечно, всем трудно на войне, и нам, и гражданским. Известно, добро не даётся легко. За него надо бороться.

Андрей КИШ, фото автора и из архива М. Борискина.