Есть надежда на реальный результат

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих? Или эту избитую фразу мы в состоянии изменить?

Два года подряд мы публиковали материалы о семье Гольник, чья история, увы, не единична. Мать положила жизнь на реабилитацию сына, получившего травму и оставшегося недееспособным. Их мытарства в системе здравоохранения продолжаются, и мы поддерживаем связь. Но сегодня – другая история…

Не единожды, благодаря нашим читателям, Наталье Гольник и её сыну Жене удавалось выкарабкаться из сложной ситуации.

Но в этот раз Наталья обратилась к нам с просьбой рассказать о Лёне Бормотове. С ним она познакомилась в одной из социальных групп для инвалидов. Со временем стала навещать его и постепенно настолько прониклась ситуацией парня, что это не позволяет ей сидеть сложа руки, хотя у самой хлопот невпроворот с сыном, требующим её ежеминутного внимания.

История Лёни такова: 10 лет назад он неудачно нырнул в водоём и получил компрессионно-оскольчатый перелом пятого позвонка. Родственники за ним ухаживать отказались, так он оказался в седанкинском доме-интернате на Маковского. Сейчас Лёне 35 лет. По прогнозам врачей он должен был быть «овощем», парализованным с ног до головы, не держа даже голову.

Несмотря на это, он «не опускал» рук, занимался как мог, сначала мысленно представлял активность, а когда дело пошло, наперекор прогнозам начал выполнять несложные упражнения. На данный момент он держит голову, может делать повороты и наклоны туловищем, поднимает плечи, руки. Не работают ладони, но он приспособился самостоятельно принимать пищу, бриться, чистить зубы и даже писать.

Не работают ноги, но благодаря аппарату ЛВТНС появилась чувствительность в бёдрах и ногах. «За десять лет его не направили ни на одну реабилитацию, — говорит Наталья. — Благодаря реабилитологу из Москвы Евгению Кузнецову мы узнали об одной организации, помогающей людям в сложной ситуации, когда спецбригада прилетает из Москвы, забирает пациента и восстанавливает его. Я отправила документы Лёни, получила ответ, что его можно восстановить, частично, конечно, но так, чтобы полностью себя обслуживал. Проблема в том, что понадобится на это лет пять, а интернат его не отдаст, они несут за него ответственность. Я позвонила знакомому реабилитологу, и он согласился посмотреть Лёню. После чего сказал, что ожидал увидеть совсем другого человека, а парень-то – молодец! Доктор готов заниматься с Лёней, пока это будет раз в неделю. После каждого занятия – домашнее задание, и Лёня должен его отработать. Он готов, парень хочет жить более полноценной жизнью. Вообще, счастью его нет предела, впервые им готов кто-то заниматься. И есть надежда на реальный результат…».

Но существует проблема. Львиная доля и так небольшой пенсии Леонида перечисляется интернату за его содержание, ему остаётся лишь небольшой процент, которого на оплату услуг врача просто не хватит. Одно занятие стоит 6 тысяч рублей. В месяц – 4 занятия, итого – 24 тысячи в месяц. Да и одним месяцем здесь не ограничишься.

И вот Наталья задаётся вопросом: может, у кого-то есть возможность помочь Лёне? Нет у него никого, надеяться не на кого.

Благотворители могут перевести средства на карту Сбербанка 2202 2021 9882 9735, Бормотов Леонид.

От редакции: прежде, чем публиковать просьбу Натальи, мы удостоверились в том, что Леонид Бормотов действительно проживает в седанкинском доме-интернате, есть копия документа, подтверждающего этот факт, и копия выписки из его истории болезни.

Возможно, благодаря вам удастся развенчать прижившуюся фразу о том, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих…

Валентина СЕРЕБРЯКОВА, фото Натальи Гольник.