Очищаем вместе Арктику будущего

За полярным кругом проходят масштабные природоохранные проекты.

Третий год подряд в масштабном всероссийском движении участвует артёмовец Семён Сесёкин. За его плечами экспедиции в проектах «Чистая Арктика» и «Зелёная Арктика».  В составе добровольцев он наводил порядок на территории бывшего посёлка Никель (район Кольской сверхглубокой скважины) в Мурманской области, участвовал в сложной экологической экспедиции «Ингилор».

— Семён, как в этом году проходил набор волонтёров, и на каком объекте пришлось приложить свои силы?

— В марте открывается регистрация на участие в проектах «Зелёной Арктики», и все желающие могут подать заявку. Прошёл онлайн — собеседование, но до последнего срока согласования было непонятно, одобрена моя заявка или нет. Мог, конечно, позвонить организатором, так как имею с ними хорошие отношения и связи, но не стал этого делать. Взял всё-таки на работе отпуск, и в первый же отпускной день мне позвонили и предложили выбор экспедиции.

Мы также, как и в прошлом году, собрались в Салехарде, оттуда выехали в Надым, затем на специальном вездеходе добрались до реки и уже по реке в четыре захода переместились в Надымский заказник — особо охраняемую природную территорию.

В первоначальном плане у нас был снос ветхих строений на отдельной локации и её очистка от мусора. Но получилось так, что за несколько дней перед нашим прибытием эту работу провели с помощью техники, и мы занялись непосредственно обустройством инфраструктуры экологической тропы «Лесное озеро». Сразу понравилась ассоциация в сходстве названий с нашими Лесным и Кедровым озерами.

— Чем непосредственно занималась ваша группа?

— Это было обустройство нескольких локаций. Мы делали площадки для кемпинга – это четыре настила под палатки размером 4 на 4 метра, лавочки, оборудованное костровище, стол. Плюс к этому меняли кровлю на гостевых домиках, ремонтировали в них полы и прочую внутреннюю мелочовку. Установили два уличных туалета. Полностью демонтировали два старых вольера для животных. Мы практически полностью подготовили гостевую территорию экологической тропы для будущих туристов. Еще сделали такого своеобразного идола, как изюминку данного места.

— То есть режим работы не был таким жёстким, как в прошлой экспедиции, когда пришлось заниматься полным демонтажом стоянки геологов?

— Да, на этот раз и группа у нас была смешанная: мужчины и женщины. Народ был из Обнинска, Волгограда, Екатеринбурга, Москвы, Санкт-Петербурга. И в первое время не мог смириться с тем, что у нас нет чёткого графика работы, ясного понимания того, что и в какой последовательности будем делать. Инспекторы заказника тоже сначала отнеслись к нашему приезду несколько скептически, но, увидев, какой объём работ мы смогли сделать, в конечном итоге диаметрально поменяли свою точку зрения. В общем, мы наладили чёткий распорядок рабочего дня и сделали даже больше, чем от нас ожидали.

— Подозреваю, что тебе, как опытному волонтёру, пришлось проявить собственную инициативу в организации труда и быта…

— На третий день нашего пребывания в заказнике напросился быть дежурным по лагерю, чтобы показать, как надо соблюдать временные рамки и всё-таки соблюдать распорядок дня. Показать, что в обед надо готовить не только диетические супчики, как это делали девушки, и что после рабочего дня тоже надо есть нормально, а не пить воду с перемешанной в ней картошкой. Как оказалось, две девушки из Москвы, возрастом 23 и 26 лет, готовить вообще не умеют и не знают, с какой стороны подходить к продуктам. В принципе, учитывая развитую в столице сеть доставки готовой еды, это объяснимо, но считаю, что основные навыки приготовления пищи у девушек быть должны, независимо от условий проживания. В итоге, моё дежурство всем очень понравилось, и далее с питанием, и с режимом дня всё в группе наладилось.

— Что в этот раз запомнилось больше всего, чем удивила Арктика?

— Конкретно в данном месте удивила почва. Где ни начнёшь копать, абсолютно везде песок. Есть зелень, деревья, но всё это растёт на идеальном песке. Когда поднял в небо свой дрон и стал обследовать местность вокруг, то где-то в двух километрах от нашего лагеря вообще обнаружил песчаную пустыню размером километров десять на пять и высотой метров пятнадцать. На ней вообще ничего не растёт. В выходной день мы попросили инспекторов заказника свозить нас туда, но они сказали, что подъехать к этой пустыне вообще нереально и отвезли нас на другую пустыню, поменьше, размером где-то в три квадратных километра. Что ещё удивительного, именно в пустыне, либо на речке нет комаров и мошки, которых в этом году было просто в избытке. Ещё удивил цвет воды в реке. Она коричневая за счёт того, что в ней много железа и происходит постоянное кручение песка.

— Кстати, о погоде и комарах. В Приморье в этом году просто аномально высокие летние температуры. В Арктике прохладней?

— У нас два дня температура была плюс 42. И ладно бы представить, когда ты в шортах и отдыхаешь на берегу моря. Но когда ты не просто в рабочей одежде, а ещё желательно надеть сверху ещё один защитный слой, чтобы точно не прокусывали комары, то это совсем другие впечатления. Как бы ни был я сам устойчив к погодным условиям, но, работая в первый такой день на замене кровли, в какой-то момент понял, что ситуация близка к тепловому удару. Как оказалось, буквально всем было не особенно хорошо, и два дня мы работали только до обеда. Даже пришлось задуматься, это Арктика или Африка, ведь средняя дневная температура летом там всегда находится в диапазоне 25 – 30 градусов.

— Что с планами на следующий год?

— Буду проситься в самую отдалённую и тяжёлую экспедицию. В этом году в такую попасть не удалось, но организаторы сказали, что меня готовы всегда принять и даже предлагали переехать в Салехард на постоянное место жительства.

Беседовал Дмитрий ПОДОЛЬСКИЙ, фото из архива Семёна Сесёкина.